Российско-грузинские отношения
Почему никак не могут встретиться президенты России и Грузии

Почему никак не могут встретиться президенты России и Грузии

Президент Грузии подтвердил, что готов встретиться с российским коллегой. Заявление на эту тему он сделал в интервью телекомпании «Рустави-2″ после того, как назвал Россию «оккупантом».
Несмотря на столь жесткие заявления, звучащие из уст грузинского президента, Кремль «не сжигает мостов» через реку Кура. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков подтвердил «ТВ–Имеди», что «в Москве ждут сигнала из Тбилиси», и если президент Грузии пошлет такой сигнал, то «встреча может состояться». Во всяком случае, президент Путин не откажет.

Обратим внимание, что позиция российского лидера не всегда была столь благодушной: в 2012 году, отвечая на вопрос грузинского журналиста о готовности провести переговоры с новым премьер-министром Грузии Бидзиной Иванишвили, Владимир Путин высказался предельно жестко: «Встретиться, конечно, можно, но не представляю, о чем мы будем с ним говорить». Большей жесткости дипломатия просто не позволяет, потому что дальше – война и полная «нерукопожатность», как с Михаилом Саакашвили.

Почему грузинское руководство упускает шанс (или, как дипломаты, «окно возможностей) для прямых переговоров с президентом России? Причины две, причем обе носят исключительно внутриполитический характер.
Во-первых, президенту Маргвелашвили нужна твердая гарантия обсуждения в ходе встречи не только и не столько торгово-экономических отношений, но и проблем Абхазии и Южной Осетии. Выносить эти вопросы «за скобки» отношений с Россией грузинские власти не могут. Иначе, парламентская оппозиция (соратники экс-президента Саакашвили) обвинят их «в продаже интересов родины и согласии на аннексию исконных территорий».
Во-вторых, реальной властью в Грузии, согласно новой конституции, обладает премьер-министр. Для Ираклия Гарибашвили неприемлемо, чтобы с российским лидером встретился не он, а президент Маргвелашвили, поскольку это укрепит позиции последнего как в среде элит, так и населения, соответственно, уменьшая реальное влияние главы Кабмина.
Правительство, по сути, запретило президенту подписывать соглашение с ЕС об ассоциации (сославшись на то, что это прерогатива премьера) и сорвала его визит в США. Премьер-министр способен заблокировать и поездку президента для встречи с российским коллегой.

Ираклий Гарибашвили, при других благоприятных условиях, например, твердой гарантии обсуждения абхазо-югоосетинской тематики, сам был бы не прочь поговорить с Владимиром Путиным, но президент России вряд ли согласится встретиться с премьером маленькой страны, чтобы там ни было записано в грузинской конституции о полномочиях председателя правительства.

Тем временем экс-спикер грузинского парламента Нино Бурджанадзе посетовала на то, что президенту Маргвелашвили «не хватает элементарной воли, просто взять трубку и хотя бы позвонить Владимиру Путину». «Если бы я была президентом, то давно смогла бы с ним встретиться», — утверждает Бурджанадзе, ссылаясь на встречу с Путиным в 2009 году. Правда, тогда Нино Анзоровна была оппозиционером, а Владимир Владимирович – премьер-министром.

Есть что добавить? Оставь комментарий.

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *



Поиск

Опросы


Каков образ Грузии в глазах россиян?


Просмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Наши партнеры