Российско-грузинские отношения

Хухашвили: «Все встало с ног на голову, как же мне не стать радикалом?!»

«Куда катится сам Кобахидзе (Ираклий Кобахидзе, спикер парламента — ред.), я не знаю. Страна никуда катиться не может, потому что со времен Шеварднадзе все системы строились на узкопартийных, а не на государственных интересах. Все власти считали, что государство — это они. На всеобщем обсуждении отчетливо видно, что эта модель остается в силе. Почему эти обсуждения называются всеобщими, мне абсолютно непонятно. Как собранные по неясному принципу в Кутаиси 200 человек отражают настроения Имеретии, где репрезентативность и какие выводы можно из этого сделать, неясно. Это можно назвать клубными встречами, а не помпезным всеобщим обсуждением, которое является фарсом», — заявил политолог Гия Хухашвили в интервью газете «Резонанси».

«Естественно, эта модель является прямым предусловием дестабилизации, а когда власти говорят о каких-то манипулированных примерах, это просто неприемлемо. У каждой страны свое уникальное историческое положение. У нас политическая элита находится в глубоком кризисе, власти пытаются воспользоваться этим и подстроить под себя избирательную систему так, чтобы постоянно оставаться у власти. В избирательной системе есть 3 основные темы: блоки, 5%-ный барьер и распределение мандатов. По отдельности можно говорить обо всем, но все три вопроса в одном пакете являются попыткой получить максимальную власть при минимальном избирательном результате, благодаря остаткам. Такое мышление очень опасно. Власти предлагают нам модель, жертвой которой станут сами, а потом эту конституцию придется менять», — отметил в беседе с корреспондентом издания Гия Хухашвили.

«Самое возмутительное то, что власти устраивают всеобщие обсуждения, но тут же добавляют, что их не интересует то, что скажет народ и какую критику получат эти поправки, а на результат может повлиять только Венецианская комиссия. Это оскорбление народа — для чего тогда нужны эти обсуждения? Они говорят, что люди могут избрать маргинального президента и этого нельзя допустить. Как нельзя допустить и плебисцит, который может принести другой результат. Когда и как стали Ираклий Кобахидзе и его свита владельцами абсолютной истины в этой стране? Эти выведенные в тепличных условиях политики считают себя умнее всех в этой стране, а народ называют неинтересным», — продолжил респондент.

«Что касается Мурусидзе, то символом войны, которую мы выиграли в 2012 году, был Гиргвлиани. С него началась та большая война, которую мы выиграли во главе с Бидзиной Иванишвили. Гиргвлиани был символом долгосрочной жестокой войны, а Мурусидзе был антисимволом этой войны. Этот человек был по ту сторону фронта. Власти же возвеличили этого антигероя и сделали его лицом грузинского суда. При Саакашвили он не был в таком почете, а сейчас он повышен. Гиргвлиани, как символ восстановления справедливости в этой стране, власти заменили на антисимвол — Мурусидзе. Это трагедия», — заключил Хухашвили и на вопрос — «Почему именно Мурусидзе сделала «Мечта» лицом суда?» — ответил:

«У меня нет ответа на этот вопрос. Представители власти говорят обо мне, что я стал радикалом. Что же после всего этого мне делать?! Все, ради чего я вместе с другими, фактически, жертвовал собой, встало с ног на голову, как же мне не стать радикалом?! За что я боролся?! Мы обещали людям справедливость и благоденствие — и не принесли ни одного, ни второго».

Есть что добавить? Оставь комментарий.

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *



Поиск

Опросы


Каков образ Грузии в глазах россиян?


Просмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Наши партнеры