Российско-грузинские отношения
«Если что-то и скрепляло русских и грузин, то религия»

«Если что-то и скрепляло русских и грузин, то религия»

В Москве прошла премьера художественного фильма «Икона» — о дружбе, любви, общей вере и общих ценностях российского и грузинского народов. Создатели фильма называют его плодом совместного труда легендарных грузинских и российских деятелей искусства. Продюсер фильма — Михаил Хубутия. Куратор — Резо Чхеидзе. Художественный руководитель — Ираклий Квирикадзе. Режиссеры — Заза Мерабишвили и Джаба Руадзе. Оператор-постановщик — Нугзар Нозадзе. Композитор — Энри Лолашвили. В главных ролях — Екатерина Редникова, Борис Щербаков, Нато Гагнидзе, Анатолий Пашинин, Леван Хурция, Ника Чхиквадзе, а также Андрей Панин. Фильм благословлен патриархами России и Грузии.

О картине корреспонденту «Вестника Кавказа» удалось поговорить с Ираклием Квирикадзе.

- Ираклий Михаилович, о чем фильм «Икона», в процессе создания которого вы выступили художественным руководителем?

- Грузия, Россия – соседи, история очень богатая, большая любовь России и Грузии, если иметь в виду Пушкина, Лермонтова, Толстого, Грибоедова. Когда-то я с Никитой Михалковым писал сценарий о Грибоедове… Казалось бы, далекая от всех высоких тем, которые я перечислил, маленькая, скромная история, мне кажется, получилась интересной.
Сегодняшний день, грузинка-героиня, русская героиня, их встреча, переплетение с персонажами, где многие грузины, многие русские. Не для галочки, не для затертых фраз – любовь, дружба, а по сердцу, искренне общаются, попадают в сложные ситуации, где жизнь требует сдать экзамен на настоящесть, на искренность. Наши герои его выдерживают. Примерно так, если говорить общими словами.

- То есть история в миниатюре, история двух народов?

- Может быть, да. Может быть, даже как модель чего-то большего, рассказанная очень кратко.

- Сколько продолжались съемки картины? Где велись съемки?

- Картина снималась в Грузии и в России. Снималась долго. Было много проблем, потому что события были сложные, не хотелось делать чего-то неискреннего, с каким-то двойным дном. Хотелось очень честно смотреть в глаза жизни, истории, сегодняшнего времени. И много было всевозможных коррекций. Не подчищали, не подтирали, а, наоборот, обостряли, я бы так сказал.

- И в какое время снималась картина, на фоне каких политических событий в отношениях Грузии и России?

- Фильм снимался примерно два года. Я занимался монтажом, занимался диалогами, занимался взаимоотношениями авторов с материалом – то, что обычно приходится делать человеку, который может называться художественным руководителем. Я был в меньшей степени руководителем, старался больше в художественной области быть чем-то полезным.

- В картине, как сказано в пресс-релизе, снимался Андрей Панин. Это была его последняя его роль?

- Не могу утверждать, что это его последняя роль, но она одна из самых последних. Насколько я знаю, он снимался у Бахтияра Худойназарова, правда, не доиграл ввиду трагических событий. У нас, в этом фильме – не очень большую, но очень, как всегда, талантливую работу преподнес зрителю.

- Кого он сыграл?

- Сам фильм как будто передает эстафету событий, и на каком-то витке поисков иконы, там есть такой толчок сюжета, один из героев попадает к герою, которого играет Панин. У него есть, у которой отнялись ноги. На это есть причина, и герой Панина клянет себя в этом. Но, соприкоснувшись с человеком, который ищет икону, а это священник, не желая помощи, он (человек вне религии) все равно проникается. Опять-таки, не подумайте, что это очень пафосно, в фильме все это сделано как в жизни, детально. Дочь его встает на ноги. Я боюсь немного таких сюжетов, потому что они немного мелодраматичные, что ли. Во всяком случае, мне так кажется. Мы постарались избавиться от мелодраматизма и правде глядеть в глаза во всех ситуациях.

- Фильм получил название «Икона». Он претендует на то, чтобы стать одной из «духовных скреп» для двух народов?

- Всегда именно в русско-грузинских отношениях одна вера, поклонение одному Богу, близость религиозная, духовная – все это очень объединяет. Конечно, если что-то скрепляло эти народы, то религия в первую очередь.

- В создании фильма принимали участие и российская, и грузинская патриархии?

- Да, было такое. В этом была очень заинтересована грузинская сторона, грузинская церковь. Глава грузинской церкви нашел возможность прочесть сценарий, внес какие-то свои комментарии. Он человек пишущий музыку, и даже вроде бы я могу себе позволить сказать, что звучит его духовный гимн. С российской стороны тоже… Я сейчас не могу уточнять вещи, которые я не очень хорошо знаю, но знаю, что такое творчество было.

- Кроме художественной составляющей, у этого фильма есть некий политический аспект, направленный на установление связей между грузинским и русским народом. Почему только сегодня подобная картина появилась?

- Фильм не мог появиться раньше, до тех событий, которые мы оставляем сейчас за рамками, но которые витают, вот хотя бы в вашем вопросе. Сам по себе фильм начал сниматься после всего этого. Был «поезд», я к нему прицепился как некий паровоз. Помыслы всех, со всех сторон были искренние, а не для того, чтобы «сейчас, нам надо скреплять, давайте найдем скрепы». Мне так кажется.

Есть что добавить? Оставь комментарий.

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *



Поиск

Опросы


Каков образ Грузии в глазах россиян?


Просмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Наши партнеры